Мы продолжаем праздничную серию постов о молодых актерах краевого театра кукол, приуроченную ко Дню артиста. Наша вторая героиня – Ирина Панина.
Для нее театр кукол – это пространство чуда, которое рождается прямо на глазах у зрителя. Однажды после спектакля шестилетний ребенок с восторгом сказал: «Ты видела? Они настоящие, как живые» – имея в виду кукол. Эта фраза не перевернула отношение к профессии, но крепко закрепила важную мысль: все, что происходит на сцене, для детей – настоящее волшебство.
Ирина говорит, что куклы могли бы научить актеров самому главному – бережному и точному управлению. Такому, которое позволяет донести до зрителя не форму, а живую и настоящую жизнь. Ведь за кажущейся легкостью спектакля скрывается огромная внутренняя работа, особенно в ширмовых постановках и спектаклях в «черном кабинете». Зритель видит красивую историю, но редко представляет, насколько сложный и напряженный процесс происходит за сценой.
Свою первую куклу Ирина не помнит, но хорошо помнит другую – огромную, в красивом платье, подаренную мамой. Она была больше самой Ирины, умела ходить и говорить: в то время это казалось настоящим чудом. Возможно, именно поэтому ближе всего ей всегда были мягкие игрушки: они чаще всего напоминают тех кукол, с которыми сегодня работают актеры театра.
Ирина признается, что молодость не делает ее смелее – ошибаться ей по-прежнему страшно. Но важно продолжать идти, даже если боишься: маленькими шагами, постепенно выстраивая длинный путь. В театр кукол она пришла не целенаправленно – просто рано поняла, что хочет заниматься актерским мастерством. А осталась потому, что здесь есть легкость и доброта. Даже о сложных вещах можно говорить с детьми бережно, а взрослым – находить новые смыслы и неожиданные формы.
Продолжение праздничной серии – уже скоро.
Для нее театр кукол – это пространство чуда, которое рождается прямо на глазах у зрителя. Однажды после спектакля шестилетний ребенок с восторгом сказал: «Ты видела? Они настоящие, как живые» – имея в виду кукол. Эта фраза не перевернула отношение к профессии, но крепко закрепила важную мысль: все, что происходит на сцене, для детей – настоящее волшебство.
Ирина говорит, что куклы могли бы научить актеров самому главному – бережному и точному управлению. Такому, которое позволяет донести до зрителя не форму, а живую и настоящую жизнь. Ведь за кажущейся легкостью спектакля скрывается огромная внутренняя работа, особенно в ширмовых постановках и спектаклях в «черном кабинете». Зритель видит красивую историю, но редко представляет, насколько сложный и напряженный процесс происходит за сценой.
Свою первую куклу Ирина не помнит, но хорошо помнит другую – огромную, в красивом платье, подаренную мамой. Она была больше самой Ирины, умела ходить и говорить: в то время это казалось настоящим чудом. Возможно, именно поэтому ближе всего ей всегда были мягкие игрушки: они чаще всего напоминают тех кукол, с которыми сегодня работают актеры театра.
Ирина признается, что молодость не делает ее смелее – ошибаться ей по-прежнему страшно. Но важно продолжать идти, даже если боишься: маленькими шагами, постепенно выстраивая длинный путь. В театр кукол она пришла не целенаправленно – просто рано поняла, что хочет заниматься актерским мастерством. А осталась потому, что здесь есть легкость и доброта. Даже о сложных вещах можно говорить с детьми бережно, а взрослым – находить новые смыслы и неожиданные формы.
Продолжение праздничной серии – уже скоро.